01 июня 2017      647      0

«ИЖ» достойный предшественник «Урала»

Пётр Владимирович Можаров — конструктор мотоциклов

Ижевск знали в основном как мотоциклетную столицу СССР. Лет 30 назад мотоциклов на здешних улицах было больше, чем автомобилей, трамваев и автобусов, вместе взятых! Кто стоял у истоков моторизации?

Пётр Владимирович Можаров — конструктор первых в стране серийных мотоциклов. Мало мы о нём знаем. До сих пор не удалось найти его листок по учёту кадров, узнать год рождения. Промелькнула и сгорела на ижевском небосклоне звезда этого рыцаря моторизации.

Крохи информации из старых газет и журналов позволяют выстроить биографию. Наш герой родился около 1892 года, судя по всему, за пределами Удмуртии. Перед первой мировой войной получил специальность инженера — теплотехника. Ещё в годы учёбы научился водить мотоциклы зарубежных марок. В те времена это было занятием необычайно волнующим.

После окончания гражданской войны инженер Можаров командируется на Ижевский завод. Программа оздоровления предприятия была намечена в постановлении Совета Труда и Обороны «О мерах по обеспечению повышения производительности заводов ударной оборонной группы». Документ был подписан В. И. Лениным. Начались сложные работы по генеральному ремонту оборудования. Можаров числился «старшим инженером Отдела Оздоровления».

Каждый день оглушительно треща и, распугивая кур и разбрасывая ошметки грязи, мчался он с работы в Гору, к своей квартире, расположенной в инженерном «бараке № 22» на Красной площади, оседлав германский мотоцикл в шесть лошадиных сил. Пётр Владимирович сам разбирал, ремонтировал, совершенствовал это чудо техники, которое было единственным на весь Ижевск.

И такую же работу вели тогда в Москве, Ленинграде, Харькове энтузиасты — мотоциклисты. Первый опытный мотоцикл «Союз» был собран в 1924 г. в Москве на бывшем велосипедном заводе «Дукс». В следующее пятилетие по всей стране вот так же, «самодеятельно», построили ещё 70 машин. Предстояло выявить модель, достойную серийного выпуска.

Пришла осень 1927 г. Ижевск готовился встретить первую пятилетку. Надо было окончательно изжить безработицу, расширить выпуск мирной продукции. На мотозаводы Германии отправили стажироваться Можарова. Для приобретения образцов новейших моделей выделили валюту. Дали полномочия присматриваться к наиболее перспективным мотоциклам. И вот на заводе мирового значения «Байроме Моторенборне» наш инженер делает по машине, уже взявшей много призов, дюжину замечаний. Четыре замечания были учтены, и в благодарность фирма подарила Можарову мотоцикл.

Вернувшись с ним и другими машинами, инженер испытал их в 1928 г. по «ижгрязи» (был тогда такой термин), вызнал их недостатки. И задумал, наконец, свои, оригинальные конструкции. В начале 1929 г. по его чертежам стала воплощаться в металл серия «Ижей».

Самый первый из них, собранный бригадой Иосифа Щадрина, выкатился из ворот мастерской 17 сентября 1929 г. Можаров особенно гордился тем, что конструктивно независимая машина была создана всего за восемь месяцев — вдвое быстрее, чем бывало на лучших заводах Европы. А уже через неделю, практически без обкатки, эти машины были подвергнуты жесточайшему испытанию — 4000-километровым пробегом. И «Ижи» всё выдержали.

Первенец ижевского мотоциклетостроения экспонировался в музее объединения «Ижмаш». Кое — кто именует сейчас детище Можарова «громоздким и неуклюжим сооружением». На слайдах лихо сопоставляются «Иж — 1» и какой — нибудь из «Юпитеров». Думается, такое сравнение в принципе неверно. Можаровское создание тоже красиво, по — своему изящно, очень тектонично, то есть всё в нем конструктивно оправдано, рационально. Особый склад пропорций первого «Ижа» нельзя также воспринимать в отрыве от тех условий эксплуатации.

Можаров с горечью писал в 1929 г.: «Наши дороги — не дорожное сооружение, а лишь след от телег, невероятный по игривости профиля. Недисциплинированность крестьян, заполняющих дороги, и первобытная пугливость лошадей дополняют картину лишений моториста. Ставить развитие нашей моторизации в зависимость от дорожного строительства смерти подобно. Территория Союза столь необъятна, что покрытие её хотя бы редкой сетью шоссейных дорог — дело едва ли не целого столетия».

Итак, какова дорога — таков и мотоцикл. Совершенствовалась дорога — утончались формы ижевских машин. Кстати, и Автодор, под эгидой которого действовал Можаров, именовался полностью «Обществом содействия развитию автомобилизма и улучшению дорог».

«Иж — 1» присуща мощная и суровая красота и напоминает бронированный сторожевой катер. По его широким плоскостям. раскрашенным в цвета хаки, часто рассыпаны блестящие болты, заклёпки, крышки. Как рога сказочного зверя сложно изогнут большой руль, оснащённый специальными кожухами — «ушами» на конце, служащие для защиты рук. Красивы обводы штампованной рамы из двух цельных ферм. Они образуют некий ребристый кокон, вобравший в своё нутро и огромный бензобак, и двухцилиндровый двигатель, чуть смещенный от продольной оси. Линии бака органично продолжаются широким седлом кавалерийского профиля, обеспечивающего плотность посадки. Вот таким был первый самодвижущийся аппарат, изготовленный в столице Удмуртии.

П. В. Можарова следует считать основоположником индустриального дизайна Удмуртии. Хотя он не имел соответствующего образования и, разумеется, так себя не именовал. Но по сути своей деятельности на заводе он был именно дизайнером, причём смелым. Поразили мотоциклетный мир, например, штампованные можаровские рамы. Нижнее утолщение их оригинально использовалось для выпуска отработанных газов. Непривычна была карданная, а не цепная передача. Произвела большое впечатление на зарубежные фирмы также Можаровская коляска, имеющая подрессорное колесо, которая была опробована им во время стажировки. Эту конструкторскую идею Можарова долгое время использовали на заводах Запада.

Пётр Владимирович обладал поразительной (более художественной, чем технической) способностью мысленно создавать законченный образ машины. Месяца по два он мог сидеть у чертёжной доски, думая, иногда записывая что — то в крохотной книжечке. Потом вдруг за день — два выдавал изящный, отточенный чертёж, показывающий всю компоновку машины! Он действовал вдохновенно, как скульптор. Так инженер «вылепил» в 1929 г. сразу 5 разных машин и наметил в эскизах шестую. Каждая из них заслуживает подробного и инженерного, и искусствоведческого анализа.

Даже самый талантливый и фанатичный конструктор не смог бы зажечь созвездие первых «Ижей» в одиночку. Поэтому в числе соратников П. М. Можарова можно упомянуть другого инженера — теплотехника С. И. Кульпина, инженеров Л. И. Владимирова, А. А. Гроссмана, А. А. Роганицкого, В. В. Рогожина, А. М. Фёдорова, а также мастера — изобретатели И. И. Береснева. Многие из них возглавили затем самостоятельные разработки, но вкус к техническому творчеству им был привит ещё в можаровской группе.

Опытный мотоциклетный завод имени Автодора своим появлением на свет был во многом обязан энергии и настойчивости Можарова. Мощный как атлет, всегда в кожаной куртке и шлеме, он бурей врывался в самые высокие кабинеты. «Мотоцикл — реальнейшее средство моторизации Союза! На смену кляче идут рокочущие мотоциклы! То, что сделали мы, для педантичного немца было бы безумием, но это безумие окончилось победой советского мотоцикла. Даёшь завод!» Словом, Можаров — типичный энтузиаст романтичного периода первой пятилетки.

Можаров скончался в начале марта 1934 г. во время краткого отдыха на сочинском курорте. Но дело его жизни не прервалось. Оно в творчестве его учеников, во множестве новых моделей «Ижей», принёсших славу Удмуртии. Разработки Можарова во многом помогли и в создании нового уральского, ирбитского мотоцикла «Урал». Имя Можарова навсегда в нашей памяти.

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

 

Яндекс.Погода

© 2020 · Копирование материалов сайта без разрешения запрещено